У меня осень, ну.
Приходит нежно, не как за неделю до того, ни о чем не просит, но остается и царапается, если на нее глядеть.
Я хочу такой любви, чтобы таскать ее с собой памятной побрякушкой - протирать мягкой тряпочкой, улыбаться уголками, когда взгляд цепляется, встречать случайные намеки. Скучать и ждать.
Это странная форма отношений, когда ты скучаешь даже тогда, когда лежишь с ним в одной постели, утыкаешься носом в теплую лопатку, прислушиваешься к ровному дыханию, до мурашек пытаешься надышаться любимым запахом.
С такими не живут, таких просто целуют в ключицы и, после, в холодный лоб.
Если не они тебя.

У меня было немало по-настоящему интересных ролевых моделей мужчин, но что-то ни один же не вызывал такого поигрывания желваками.
Моей породы куда скорее те, кто пропадает на трое суток, после того, как звонит тебе из автобуса, чем те, кому звонишь, когда мир рушится и в чьей надежности даже вопроса не возникает.
Потому что я не верю людям, я своего терапевта по этой части все полтора года проверяла. Потом все-таки нашла, к чему прицепиться, но никак не могу сказать ей об этом.
В то, что живой человек может просто принимать тебя любым и всяким, мне само по себе не верится. Если при этом человек не твой терапевт, не влюблен в тебя (или уверенно это симулирует), не пытается тобой манипулировать, наконец - это же чертовщина какая-то, так быть не может, давай просто перестанем общаться по-хорошему, я потом через пару лет с тобой увижусь, снова охренею и мы снова перестанем, ну.

Тут есть что-то от социализации, потому что с социализированными как женщины иная кухня и я как-нибудь про нее обязательно того.